Маме не нужна, а бабушке нужна - Brainum

среда, 10 августа 2022 г.

Маме не нужна, а бабушке нужна

 



Ольга зашла на страничку своей 18-летней дочери Насти, которая жила отдельно, в Москве, присмотрелась и - о, Господи! - нервничая, набрала её номер.


- Настя, какой срок?

- Что? Срок?

- Срок беременности какой? - волновалась Ольга.

- Мам, какой беременности? - не поняла Настя.

- Да у тебя лицо такое опухшее, неужели ты не видишь? Всё же ясно! Быстрее к врачу!

Обычно Ольга редко заходила в соцсети - некогда ей: ребёнок младший маленький на руках, трёхлетний Матвей, да дел - миллион, а тут вот зашла - и на тебе.

Настя сделала тест: положительный.

Потом прошла обследование: беременность 4 месяца.

Настя позвонила маме.

- Мне не нужен этот ребенок, - отрезала она. - Раз опоздала с прерыванием, рожу и откажусь. Зачем он мне? С отцом мы расстались...

История любви Насти с папой ребёнка начиналась как в кино: она ехала в такси, он - в своей машине на авто. На светофоре остановились рядом, переглянулись и... сразу влюбились. Там же, на светофоре, обменялись телефонами. На следующий день встретились. Почти сразу стали жить вместе. Ну, любовь же.

Она - необузданная бунтарка и красавица, он - режиссер. Обещание счастья.

Но любовь - это прекрасно, только жизнь - это не только страсть, но и быт.

Он - горячий кавказский мужчина, заставлял ее сидеть дома, готовить - убираться, но это всё - не для нее.

Поэтому как встретились они - так и расстались. Удержать Настю дома было невозможно.

Её мама Ольга знает об этом всё, и историю дочери рассказывает как детектив.

До 14 лет Настя - примерная девочка, отличница, победительница конкурсов в модельной школе, дипломы по бисероплетению, программированию , еще по чему-то... Прямо умница.

А в 14 - переходный возраст плюс рождение брата (внимания к ней меньше теперь) плюс гены, наверно.

А иначе как объяснить, что Настю будто подменили - учебу забросила, из дома сбегала постоянно, в Федеральный розыск попала, квартиру мамину несколько раз обокрала...

- Я с коляской и новорожденным сыном вечно искала ее до темна по площадкам, - с грустью говорит Ольга.

Что только она не делала, чтобы вернуть дочь домой, но в Настю будто бес вселился.

Однажды коляска с крошечным Матвеем, сыном Ольги, стояла около оврага, Насте тогда было лет 15, и она со злостью толкнула коляску с братом в овраг, благо Оля рядом стояла, успела поймать...

Сбежала Настя в итоге в Москву из Воронежа, к друзьям, там осела, и вот, в 18 лет забеременела.

- В каком смысле, ребенок не нужен? Как это "откажусь"? - испугалась Ольга. - Приезжай домой, в Воронеж, я помогу тебе во всем, вырастим.

Настя к врачам в Москве почти не ходила, вела себя, как всегда, безответственно, только однажды сходила на УЗИ, узнала, что будет мальчик. На большом сроке Настя всё же приехала в Воронеж, к маме.


Ольга встречала её на перроне, увидела в вагоне и ужаснулась.

Настя была отекшая настолько, что... ну вот ощущение, что ткни её в любом месте - и кожа треснет, и в тебя брызнет фонтан. Будто человек, которому под кожу залили бочку воды! Не справлялись почки совсем.

"Ужас! Водяной бегемотик", - подумала Ольга, всплеснула руками и говорит:

- Господи, да что ж такое! Бегом в больницу!

- Я документы потеряла, - сообщила Настя.

Помчали в больницу, кое-как уговорили взять ее без документов, осмотреть.

Врачи согласились - там же все в шоке были с её вида. После осмотра сказали, что сердцебиение ребенка не прослушивается. Началась суета, врачи нервничали: "Сердце не бьётся! Кровоток совсем плохой. Спасаем только маму. Давление у матери 220 на 180! Срочно в операционную!".

Но когда сделали кесарево, Амира родилась живой и задышала, и даже закричала.

Не смотря на страшный гестоз ее мамы.

Крошечная, 952 грамма, родилась на 26 неделе

- Как девочка? - радостно удивилась Оля, когда узнала. - Говорили же мальчик. Я внуку все голубенькое понакупила... А тут - внучка.

- Не факт, что выживет, - отрезали врачи. - Она на ИВЛ. Если за 7 дней сама не задышит...

Но она задышала. Амира была крошечный борец, весом в 1 килограмм.

Питание через зонд, стома стояла, находилась в камере для дохаживания.

Настя лежала с дочкой, всё вроде хорошо было.

Пока Ольге не позвонили и не сказали:

- Ваша дочь еще вчера ушла из больницы документы делать и пропала. Ребенок один в палате. Как бы не случилось чего...

Но Ольга поняла, что всё уже случилось. То, чего боялась она больше всего. Что Настя бросит ребёнка и сбежит. А у Ольги будет на руках второй ребенок - внучка Амира.

Ольга собрала вещи, оставила четырёхлетнего сына Матвея мужу (тогда он ещё был) и легла в больницу выхаживать Амиру. На три месяца.

Нашла её в ужасном состоянии,голодную, в грязной палате, с загноившейся стомой на животе.

- Я боюсь задавать вам эти вопросы, боюсь вас ранить, - говорю я.

- Меня уже ничем не ранить, - усмехнулась Ольга.

- Ну как же так, Ольга, у такой заботливой матери - такая дочь? Может, это у неё заболевание какое-то?

- Гены, - Оля пожимает плечами. - У нее папа такой. Себя любит. И мама моя, ее бабушка. Меня воспитывали как? Поколачивали да унижали... Я сама из родительского дома сбежала при первой возможности. Есть люди без материнского инстинкта. Без родительского. Он напрочь отсутсвует.

Оля выходила Амиру. Их выписали из больницы без диагнозов. Просто недоношенный ребенок, который при грамотной реабилитации непременно нагонит сверстников. Амира и нагоняла. И сидела, и гулила, и пошла, как положено. В год с небольшим говорила: "Мама, папа, дай".

Амире было два года, когда они с бабушкой легли на плановое обследование после операции на кишечник (она перенесла операцию по закрытию стомы, осложненную, 6 часов длилась операция, профессор из Питера прилетал специально).


И вдруг там, в больнице, у ребёнка поднялась температура, рвота и понос... Врачи забегали: то глюкозу, то жаропонижающее, то физраствор.

"Это ОРВИ", - говорят. А ребенку всё хуже.

Утром Ольга смотрит, а из ушей у Амирки гной идет... Будто переливается.

В общем, в карте написано: "ОРВИ, осложненная менингоэнцефалитной инфекцией". Но Ольга думает, что никакого ОРВИ не было, просто упустили...

- Гной съел в голове всё, что мог, если на пальцах объяснять, и с двух лет вот у нас диагноз - ДЦП... Меня сразу предупредили: "Только глазами вращать сможет, не сохранная, отказ напишите?" А какой уж тут отказ, - говорит Ольга. - Я решила, это мы еще посмотрим, кто тут несохранный...

Сейчас Амире 9 лет. Она вполне контактная, любопытная, любит музыку слушать, утром сползает с кровати сама и ползёт играть.

Матвею уже 14. Это настоящий маленький мужчина. На встречу он принес мне цветы. Амиру любит и оберегает. Возит коляску, ухаживает, не стесняется. Наоборот говорит, если кто спрашивает: "Да, это моя племяшка".

У них одна комната на двоих, и когда Матвей делает уроки, Амира ползает рядом, а он следит, чтобы она ничего не грызла.

Мы были в кафе с игровой, так он Амиру взял на руки , отнёс в бассейн с шариками на руках, потому что она устала сидеть, а там можно полежать.

И пока она там лежала, сам с ней сидел.

- Это из него самого идёт, не от меня. Матвей благодаря Амире растёт очень хорошим человеком, - говорит Ольга. - Амира - как тренажер доброты.

Как-то Матвей сказал маме Оле после тяжелого дня:

- Мама, не переживай, если что, я ее не брошу...

Сказал так, понимая, что главный страх родителей особенных детей - что будет с ребенком, когда их не станет.

Или спросил как-то:

- Переживаю: когда я буду работать, кто будет с Амирой сидеть?

На сэкономленные на завтраках деньги маме на день Рождения подарок купил - кружку, маску и цветы.

- Мне даже муж такие сюрпризы не делал никогда, - улыбается Ольга.

Муж, кстати, стал бывшим. Не помогал ни в чем, говорил, когда Ольга просила коляску с Амирой на этаж поднять: "Тебе надо - ты и поднимай".

Вот. Ольге надо. Она и поднимает.

- Какая у вас мечта, Оль?

- Чтобы мне разрешили Амиру удочерить.

- А почему не разрешают?

- Я же одна... И дохода нет. А когда же мне работать, я же постоянно с детьми... Сейчас пока я в статусе "Добровольный опекун". У меня была доверенность от Насти на уход за Амирой. А потом она все деньги, на реабилитацию накопленные, сняла с карты. Она имела право, как мать. 120 тысяч. А я так копила! Иду, помню, в сберкассу, счастливая, сейчас сниму, думаю, деньги и мы каааак поедем. А там 16 копеек.

- Как обидно...

- Я Насте звоню, кричу и рыдаю: "Как тебе не стыдно?" А она: "Это не я". А кто же? В общем, потом созналась. Я в шоке, что это моя дочь.

- А вы общаетесь с ней?

- Почти нет. А зачем задавать вопросы, если в ответ прозвучит ложь?


- Она Амирку видит?

- Нет. Не нужна она ей. Ей квартира теперь нужна... У меня требует, только не понятно, где тогда нам с детьми жить.

- А сколько ей сейчас?

- 29... Мне очень страшно, что отберут Амирку, уже грозились... Надо что-то решать с оформлением скорее. Вернусь в Воронеж - буду решать.

Ольга с Матвеем ловко управляются с Амирой. Реабилитационный потенциал у неё есть, и бабушка пробивная есть, и вон какой дядя (я просто по-человечески влюбилась в Матвея, сердце у парня огромное). Всё у них непременно будет хорошо.

- А сережки на ней - это папа подарил. Он навещал нас как-то, даже однажды отвёз на вокзал. Он режиссёр, женат, двое детей у него здоровых, - рассказывает Ольга.

Ни грамма злости на судьбу я не увидела.

Про себя она так и говорит: "Я - человек по имени принятие". И вот ещё что сказала: "Не представляю себе другой жизни. Мы везде втроём, рассчитываем на себя, мы команда".

Фотки, где мы вдвоём с Амирой, смазанные, я выложу вот эту, тут: Матвей, Амира и мы с моей Катюней.


Администрация сайта не несёт ответственности за содержание рекламных материалов и информационных статей, которые размещены на страницах сайта, а также за последствия их публикации и использования. Мнение авторов статей, размещённых на наших страницах, могут не совпадать с мнением редакции.
© Copyright 2017 Brainum. Template Designed by Bloggertheme9.